Малверн закрыл входную дверь, оглядел номер,затем вернулся в прихожую, поднял с пола семизарядный автоматическийпистолет 22-го калибра с костяной ручкой, который тускло мерцал на фонеплинтуса...
nbsp; В дни старости--другой, Тот--сладострастия рукою, Тот -- золота рукой, &n..
Единственное, чего я не предусмотрел, это астронавт, выросший в этомгородке и решивший посетить родные места именно ямой день...
...
- А теперь включи свет, - велела она. Когда комнату залил свет,
мускулы ее сжались. Бедра напряглись, готовые выбросить ее из постели,
если...
Но все-таки это оказался ее муж.
- Господи Боже, - выдохнула она и полностью расслабилась, слившись с
матрасом.
- Удивлена? - спросил муж, криво улыбнувшись.
- Каждый раз, - сказала она, - каждый раз я уверена, что тебя здесь
не будет. А вместо тебя лежит змея. - Она коснулась его руки, чтобы
убедиться.
- Видишь, насколько все это глупо? - мягко и успокаивающе произнес
он. - Если бы только смогла забыть... Тебе нужна лишь уверенность во мне,
и эти кошмары пройдут.
- Знаю, - ответила она, впитывая в себя детали обстановки. Маленький
телефонный столик с беспорядочной кучей записок и исчерканных бумажек
выглядел необыкновенно ободряюще. Старыми друзьями были и поцарапанное
бюро из красного дерева, и маленький радиоприемник, и газета на полу. А
каким нормальным смотрелось изумрудно-зеленое платье, небрежно
переброшенное через спинку стула!
- Доктор сказал тебе то же самое. Когда у нас была ссора, ты
ассоциировала меня со всем, что идет не так, со всем, что причиняет тебе
боль. И теперь, когда все наладилось, ты продолжаешь делать это
по-прежнему.
- Не сознательно, - сказал она. - Клянусь, не сознательно.
- Нет, все по прежнему, - настаивал он. - Помнишь, как я хотел
развода? Как говорил, что никогда тебя не любил? Помнишь, как ты меня
ненавидела, но в то же время не давала уйти? - Он перевел дыхание. - Ты
ненавидела Элен и меня. И это взяло свою дань. Внутри нашего примирения
так и осталась ненависть.
- Я не думаю, что когда-либо ненавидела тебя, - сказал она. - Только
Элен... эту тощую мелкую обезьяну!
- Нельзя плохо говорить о тех, кого уже не волнует мирская суета, -
пробормотал он...
