Все статьи

Занимательные факты

Небольшая деталь

Артур Конан Дойль приехал в Париж и на перроне его остановил таксист:
— Куда вас доставить, месье Конан Дойль? В дальнейшем произошел следующий диалог:
Конан Дойль. Откуда вы меня знаете? Таксист. Я применил ваш дедуктивный метод. Прежде всего, вспомнил, что газеты писали о вашем пребывании на Ривьере, а вы сошли с марсельского поезда; покрой костюма у вас английский да и манера держаться, как у врача; на указательном пальце вашей правой руки заметно чернильное пятно, следовательно, вам приходится много писать.
Конан Дойль. Да вы настоящий Шерлок Холмс. Таксист, скромно потупив глаза:
— Имеется еще одна небольшая деталь. На вашем чемодане есть наклейка. На ней написано "Конан Дойль".

Забытая сенсация

Слишком правдоподобная мистификация
В далеком 1908 году газеты Англии обошла сенсационная новость: при раскопках в имении адвоката Ричарда Деусона, близ города Пилтдауна, найден череп доисторического человека, который дополняет цепь эволюции, пройденной разумным существом от обезьяны до человека.
"Пилтдаунский череп", как назвали эту находку, стал сенсацией в научном мире. 0 нем появились многочисленные статьи и увесистые монографии. Между тем с самого начала были ученые, которые сомневались в его подлинности.
Череп и все, что связано с его находкой, было самым тщательным образом изучено. Была даже попытка организовать официальное расследование с участием членов парламента, но ее с негодованием отвергли как "клевету на британскую науку". С тех пор в течение десятилетий большинство антропологов мира считали "пилтдаунский череп" выдающимся научным открытием. Лишь в 1953 году после рентгенологического и химического анализов, проведенных в лабораториях Скотланд-Ярда, была подтверждена версия ученых-скептиков о фальсификации. По мнению экспертов, ее произвел специалист очень высокой квалификации". Он искусно соединил верхнюю часть черепа человека с челюстью орангутанга.
Но история находки на этом не закончилась. Американский ученый Джон Хетуэй-Уиналоу, который увлекается изучением исторических фальсификаций, недавно обнародовал результаты своих исследований. По его версии, мистификацию задумал и осуществил не кто иной, как всемирно известный английский писатель Артур Конан Дойл. Согласно свидетельствам того времени, увлеченный археологией адвокат Ричард Деусон неодобрительно отзывался о районах Конан Дойла, загородный дом которого соседствовал с его имением. Уязвленный Конан Дойл решил подшутить над обидчиком.
Согласно свидетельствам того времени, увлеченный археологией адвокат Ричард Деусон неодо6рительно отзывался о романах Конан Дойла, загородный дом которого соседствовал с его имением. Уязвленный Конан Дойл решил подшутить над обидчиком.
Знакомая писателя Джесси Фоулесс, владевшая антикварным магазином, передала ему череп, найденный в древнеримсной гробнице. У другого приятеля, врача и зоолога-любителя с острова Борнео, Конан Дойл купил челюсть орангутанга. С помощью надфилей и бормашины писатель обточил череп, чтобы присоединить к нему челюсть обезьяны.
Затем обработал получившееся соединение химикатами, чтобы череп "прачеловека" выглядел вполне "древним".
Зная о привычке своего соседа Деусона вести раскопки в не далеком заброшенном руднике, писатель закопал там свой сюрприз. Адвокат попался на удочку. Найденный череп он предъявил научному обществу Британского музея. Так возникла слава "пилтдаунского человека". Всеобщий энтузиазм по этому поводу был столь велик, что Дойл не решился открыто заявить о своей фальсификации. Но в своем дневнике он написал: "Вместо того чтобы свалить невежд в яму их невежества, я сам закопал там науку". До самой смерти он так и не узнал, что наука все же откроет истину.

Геннадий ФРОЛОВ.

Источник: peoples.ru

Тем временем:

..... Это резко уменьшило ощущение бесконечности пространства, витания в эмпиреях, создав впечатление чего-то гораздо более тесного, вовсе не такого вместительного и дружелюбного. Оттуда, словно в неотвратимом стремительном падении, оно услышало, как тихие звуки нарастают, обращаясь в голоса, увидело, что размытые тени фокусируются, превращаясь в лица. Будто в неизвестном иностранном фильме - ничто не казалось знакомым: ни язык, ни место действия, ни состав исполнителей. Образы и эмблемы проплывали, то сливаясь на миг, то разделяясь вновь, как мириады амеб в озерной воде, в деловитой, но бесцельной суете. Эти сочетания форм и ощущений, соединения морфем и фонем возвращались теперь, как алгебраические формулы школьных дней, когда-то бессмысленно заученные наизусть и навсегда отложившиеся в мозгу, хотя к чему их можно было бы теперь применить, зачем они вообще существуют- давным-давно накрепко забыто. ОНО явно обладало сознанием, но не обладало ни местоимением - тем, что позволяет отличить одну личность от другой, ни временем, что позволяет отличить настоящее от прошлого и будущего.
     Еще некоторое время блаженное ощущение превосходства, сознание, что каким-то образом удалось взобраться на самый верх некоего нагромождения, сосуществовало с этим чувством безличности. Но вскоре и это ощущение было жесточайшим образом рассеяно неумолимым демоном реальности. Головоломный психологический кувырок, и ОНО оказалось вынужденным сделать неминуем вывод, что вместо величественного парения в стратосфере, на ложе из ямбических пятистиший, ОНО на самом деле лежит на спине в обыкновенной кровати. Над головой-настенная лампа: аккуратный прямоугольник, перламутрово-белый пластмассовый плафон. Свет. Ночь. Небольшая серая комната - светло-серая, такого цвета бывают крылья у серебристой чайки. Лимб, где никогда ничего не происходит, терпимое ничто...

Джон Фаулз (John Robert Fowles)   
«Мантисса»

Биография

Произведения

Музей

Статьи

Галерея

Цитаты

Краткие содержания

Гостевая